ЧОУ ВО Институт международной торговли и права негосударственное образовательное учреждение (экономический, юридический ВУЗ Москвы). Основан в 1991 году.
Лицензия №2170 от 31.05.2016

Приемная комиссия
8 (968) 617-78-78
8 (499) 144-01-25
Москва, ул. Кастанаевская, д.59, корп.2
(м. Кунцевская, Пионерская, Славянский бульвар, ж.д. станция "Кунцево")
Основан в 1991 году

Клуб гуманитарных наук тема:"Станиславский и др.", 29 ноября 2012 г.

28.11.2012
Станиславский.jpg 29 ноября состоится заседание клуба гуманитарных наук тема:
"Станиславский и др." (Ауд.205 в 16.00)
 
Константин Сергеевич Станиславский (Алексеев) родился 5 (17) января 1863 года в Москве.

Принадлежал по рождению и воспитанию к высшим кругам русских промышленников, был в родстве со всей именитой купеческой и интеллигентной Москвой (С. И. Мамонтовым, братьями Третьяковыми).

К. С. Станиславский — двоюродный брат предпринимателя, московского городского головы (1885-1893) Николая Александровича Алексеева. Ему Москва обязана строительством современных систем водопровода, канализации, школ и больниц (Канатчикова дача). Именно душевнобольной застрелил Алексеева 9 марта 1893 в его думском кабинете.

Со времен пожара 1812 года Алексеевы жили у Рогожской заставы, в Алексеевских улицах. На самом деле название улиц относится к XVII веку, по церкви Алексия Митрополита «что за Яузой». Позже улицы переименованы в Коммунистические, теперь это улица Александра Солженицына и улица Станиславского.

В начале 1850-х гг. Алексеевы открыли золотоканительную фабрику, изготавливавшую тончайшую проволоку, блестки и канитель для выделки золототканых изделий и драгоценных украшений. В 1872 г. на фабрике работало 400 рабочих, и ее годовой оборот равнялся 1,1 млн. руб. В начале 1890-х гг. Алексеевы начали модернизировать свою фабрику, устанавливая современное оборудование и вводя передовые технологии. В этой работе активное участие принимал  К. С. Станиславский, руководивший заводом с 1892 по 1917 г. В производстве применялись чугунные волоки, с помощью которых процесс вытяжки тонкой проволоки был очень длителен (отсюда название «канительное производство»). Применение алмазного инструмента затруднялось в связи с тем, что вплоть до конца XIX века производство волок из драгоценных камней было монополией западных фабрикантов, в основном французских и итальянских. К. С. Станиславский едет за границу, знакомится с производством алмазного инструмента и по возвращении в Москву организует цех по изготовлению алмазных волок. На состоявшейся в 1900 году Всемирной промышленной выставке в Париже продукция золотоканительной фабрики получила высшие награды, а Константин Сергеевич был награжден медалью с дипломом выставки.

В 1905-1912 гг. на Малой Алексеевской (сейчас улица Станиславского, дом 21) возвели корпус для производства кабеля, где установили алмазные фильеры, бывшие тогда единственными в России.

Благодаря инициативе К. С. Станиславского на фабрике работал самодеятельный театр (Театр для рабочих Медеплавильного и Кабельного завода Товарищества «Алексеев, Вишняков, Шамшин»), для которого в 1904 году выстроили специальное здание (сейчас в нем, после реставрации, работает Студия театрального искусства С. Женовача), организовали хор и оркестр, читальню, вечерние курсы.

Номенклатура продукции быстро расширялась. К началу первой мировой войны завод стал одним из ведущих предприятий электротехнической промышленности России.

В советское время в корпусах завода Алексеевых располагался завод «Электропровод». Новая история архитектурного ансамбля началась, когда в 2003 году производство было переведено в Московскую область.

Сценические опыты начал с 1877 году в домашнем Алексеевском кружке.

В 1888 году стал одним из создателей Московского Общества Искусства и Литературы (МОИиЛ), вложив в него личные финансовые средства. В это время, чтобы скрыть свою настоящую фамилию, взял для сцены фамилию Станиславский.

Первый спектакль состоялся 8 (20) декабря 1888 года. За десять лет работы на сцене МОИиЛ Станиславский стал известным актёром, его исполнение ряда ролей сравнивалось с лучшими работами профессионалов императорской сцены, часто в его пользу.

Началом Художественного театра считается встреча в ресторане «Славянский базар» 19 июня 1897 года уже известного к тому времени театрального деятеля, актера и режиссера К. С. Станиславского и опытного педагога и драматурга В. И. Немировича-Данченко. В ходе этой встречи была сформулирована программа нового театра, в целом основанная на тех же новаторских принципах, которые проповедовали парижский «Свободный театр» Андре Антуана и берлинская «Свободная сцена» Отто Брама: ансамблевости, подчинения всех компонентов спектакля единому замыслу, достоверности в воссоздании исторического или бытового антуража. «Мы протестовали, — писал К. С. Станиславский, — и против старой манеры игры… и против ложного пафоса, декламации, и против актерского наигрыша, и против дурных условностей постановки, декораций, и против премьерства, которое портило ансамбль, и против всего строя спектаклей, и против ничтожного репертуара тогдашних театров».

Московский Художественно-общедоступный театр открылся 14 (26) октября 1898 года первой на московской сцене постановкой трагедии Алексея Толстого «Царь Фёдор Иоаннович». Спектакль был совместной постановкой Станиславского и Немировича-Данченко, заглавную роль в нём сыграл Иван Москвин.

17 декабря 1898 года состоялась легендарная премьера чеховской «Чайки».

Первые четыре сезона (1898—1902) театр давал спектакли в арендованном театре Я. В. Щукина «Эрмитаж», сада «Эрмитаж» в Каретном Ряду, в зале на 815 мест. Уже к третьему сезону стало ясно, что театру необходимо совершенно иное здание.

Вопреки театральной практике того времени, в МХТ к каждой премьере создавали новые декорации и не использовали старые. Оформление, которое уже не помещалось в театре, круглый год хранилось в сараях сада «Эрмитаж», где подвергалось быстрой порче. Его нужно было постоянно восстанавливать, от ряда деталей приходилось отказываться. Теснота, запущенное состояние театра, недостаток помещений для репетиций и работы мастерских требовали переезда в более вместительное здание с совершенно иным сценическим оборудованием.

МХТ был учреждён в форме товарищества на паях, где впервые в театральном деле предприятие принадлежало не труппе, а 13 пайщикам, среди которых театр представляли Станиславский и Немирович-Данченко. Пайщики принимали решения на общих собраниях, обладая неравным количеством голосов, пропорционально финансовому вкладу; наиболее значительный вклад принадлежал меценату Савве Тимофеевичу Морозову, который наряду со Станиславским и Немировичем-Данченко определял всю деловую деятельность МХТ, а к 1902 году полностью взял на себя финансирование театра и заботы по аренде, реконструкции и оборудованию нового здания.


С 1902 года театр работает в здании в Камергерском переулке, 3. Театр домовладельца Лианозова был перестроен на средства Саввы Морозова архитектором Федором Осиповичем Шехтелем, при участии Ивана Фомина и Александра Галецкого, за три летних месяца 1902 года. Проект реконструкции Шехтель выполнил безвозмездно: он отказался обсуждать вопрос оплаты ещё на стадии переговоров. Оформление интерьеров, освещение, орнаменты, эскиз занавеса со знаменитой эмблемой Художественного театра, — летящей над волнами чайкой, также принадлежит Шехтелю. Правый подъезд театра украшает гипсовый горельеф Анны Голубкиной «Волна». Шехтель разработал проект поворотного круга сцены, спроектировал вместительные подсценические трюмы, карманы для хранения декораций, раздвижной занавес взамен поднимающегося. Зрительный зал был рассчитан на 1 200 мест.

Савва Тимофеевич Морозов
происходил из старообрядческой купеческой семьи.

Детство прошло в Москве, в усадьбе в Трехсвятительском переулке.

В 1881 году поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского императорского университета, который закончил в1887 году с дипломом химика. В эти годы написал значительную работу — исследование о красителях, а позднее общался с Д. И. Менделеевым.

В 1885 — 1887 годах изучал химию в Кембриджском университете (Великобритания), одновременно знакомился с организацией текстильного дела на английских фабриках (в Манчестере).

С 1886 г. директор Товарищества Никольской мануфактуры «Саввы Морозова сын и Ко» (имеется в виду его дед – Савва Васильевич).

Ему принадлежали хлопковые поля в Туркестане.

С 1887 году — один из пайщиков товарищества, владелец-управляющий. Был также директором Трёхгорного пивоваренного товарищества в Москве.

В 1905 году учредил Анонимное общество соединённых химических заводов «С. Т. Морозов, Крель и Оттман». Пользовался влиянием в предпринимательских кругах: возглавлял комитет Нижегородской ярмарки, был членом московского отделения Совета торговли и мануфактур и Общества для содействия улучшению и развитию мануфактурной промышленности.

В 1893-1898 годах строится особняк по проекту Ф. О. Шехтеля в модном неоготическом стиле. Вероятно, благодаря учебе в Англии С. Т. Морозов был очарован английской готикой. Архитектор Ф. О. Шехтель в то время увлекался романтикой средневековья, так что вкусы заказчика и устремления архитектора счастливо совпали.

Однако строился особняк исключительно по капризу его жены Зинаиды, которая денег мужа не считала и слухи о роскошестве особняка быстро облетели всю Москву (все интерьеры были тщательнейшим образом проработаны Шехтелем, при участии М. А. Врубеля). Позже, уже после смерти мужа Зинаида продала особняк Рябушинским, говорила, что дух Саввы не дает ей житья в этом доме и что якобы по ночам в кабинете Морозова перемещаются предметы на столе, слышатся его покашливания и шаркающая походка.

Почетный член Общества пособия нуждающимся студентам Московского университета. Имел своих стипендиатов в технических вузах страны, а некоторые из его стипендиатов обучались за границей.

С. Т. Морозов Оказал большую помощь МХТ: в 1898 году вошёл в состав Товарищества для учреждения в Москве Общедоступного театра, регулярно вносил пожертвования на строительство и развитие МХТ, заведовал его финансовой частью (1901—1904), был инициатором и председателем правления паевого товарищества по эксплуатации МХТ и строительства нового театрального здания в Камергерском переулке.

К. С. Станиславский сказал, обращаясь к Савве Тимофеевичу: «…внесенный Вами труд мне представляется ПОДВИГОМ, а изящное здание, выросшее на развалинах притона, кажется сбывшимся наяву сном… Я радуюсь, что русский театр нашёл своего Морозова подобно тому, как художество дождалось своего Третьякова…»

Театром Савва Тимофеевич увлекся в значительной мере под влиянием известной красавицы, актрисы Мария Федоровна Андреевой, через нее он сблизился также и с М. Горьким. Андреева убедила Морозова в необходимости финансирования революционного движения, которое началось в феврале 1902. Только на издание «Искры» им было потрачено 24 тыс. руб. в год, на морозовские деньги в 1905 были учреждены большевистские газеты «Борьба» и «Новая жизнь» (официальной издательницей последней была Андреева).

Алексей Александрович Бахрушин родился в Москве в 1865 году в купеческой семье. Отец – владелец кожевенного завода, известный благотворитель. Александр и Василий Бахрушины (отец и дядя) за свою благотворительную деятельность были удостоены звания почетного гражданина Москвы. До них такая честь была оказана лишь одному представителю купеческого сословия — П. М. Третьякову, передавшему в дар городу свою художественную галерею.

Из 7-го класса гимназии (а может быть, и раньше) А. А. Бахрушин ушел, объявив, что хочет идти на завод работать. Для отца — фанатика промышленной деятельности — это был достаточно веский аргумент. Впоследствии Алексей Александрович всю жизнь жалел, что не доучился.

С ранних лет родители привили ему любовь к искусству, к театру. Его дед писал стихи, отец свободно владел иностранными языками. Многие родственники увлекались коллекционированием. Бахрушины слыли в старой Москве известными благотворителями. Будущий знаток театральной старины уже с шестилетнего возраста стал завсегдатаем Большого театра, потом поклонником труппы Малого театра, а впоследствии сам пробовал играть на сцене театрального кружка.

Коллекционировать он начал под влиянием двоюродного брата, страстного собирателя Алексея Петровича Бахрушина. Первоначально Алексей Александрович увлекся было восточными редкостями, потом «переболел» Наполеоном I. После встречи с купцом-собирателем Куприяновым навсегда отдал предпочтение театру. В памятный день 1890 года они поспорили: кто больше за год соберет театральной старины. В дом стали стремительно стекаться афиши, программы спектаклей, фотографии актеров в ролях, эскизы костюмов, личные вещи артистов. Бахрушин выиграл спор и понял, что нашел свое призвание.

30 мая 1894 г. владелец впервые показал свое театральное собрание ближайшим друзьям, а 29 октября того же года представил его для обозрения театральной общественности Москвы. С этого дня и началась биография первого московского литературно-театрального музея.

В 1899 году в Ярославле торжественно праздновалось 150-летие основания русского театра. С помощью Бахрушина была подготовлена обширная, очень интересная выставка. Добрая треть экспонатов была снабжена этикетками с надписью: «Из собрания А. А. Бахрушина». Ярославская выставка вызвала большой интерес. О коллекции узнали, заговорили. Это вызвало усиленный поток новых поступлений.

Вообще, период с 1894 года до 1913 года был, по словам первого главного ученого хранителя музея М. Д. Прыгунова, «периодом первоначального накопления богатств». В те годы коллекция находилась в частной собственности А. А. Бахрушина и была мало доступна широкой публике. Однако, в среде театральной о ней стали говорить с возрастающей серьезностью. За это время молодой музей поучаствовал в семи выставках, одна из которых проходила за границей, в Берлине (1905) и вызвала большой интерес во многом благодаря коллекции Бахрушина.

Музей размещался в особняке владельца на Лужнецкой улице (сейчас улица Бахрушина), построенном в1896 году. Еще при закладке дома хозяин предусмотрел для размещения коллекций три полуподвальные большие комнаты. Однако когда строительство было завершено и музейные комнаты заполнились экспонатами, то вскоре и все остальные помещения полуподвала оказались переполненными театральной стариной. «Затем дело дошло до жилого верха, постепенно превращавшегося в музей, — вспоминал сын коллекционера, — потом начали сворачиваться служебно-хозяйственные комнаты, за ними последовали детские апартаменты, был занят коридор, буфетная и, наконец, даже конюшня и каретный сарай. Не надо забывать при этом, что с 1913 года дед отдал в распоряжение отца соседний дом, в котором когда то я родился, и он был также забит вещами, книгами и прочими материалами».

«Когда во мне утвердилось убеждение, что собрание мое достигло тех пределов, при которых распоряжаться его материалами я уже не счел себя вправе, я задумался над вопросом, не обязан ли я, сын великого русского народа, предоставить это собрание на пользу этого народа», — эти слова А. А. Бахрушин произнес в памятный для него день — 25 ноября 1913 года, когда его коллекция была передана Российской Академии наук.

После этого в музее появился устав, штат сотрудников и новое название: «Театрально-литературный музей Академии наук». Был начат учет коллекций и заведены соответствующие инвентарные книги. Было создано Правление музея во главе с жертвователем, признававшимся пожизненным почетным попечителем музея. С этого времени музей стал носить имя основателя.

После революции Алексей Александрович не покинул родину. Думается, он и представить себе не мог разлуки со своим созданием, делом всей своей жизни. 30 января 1919 года нарком просвещения Луначарский за своей подписью издал следующее распоряжение: «Театральный музей имени А. Бахрушина в Москве, находящийся в ведении Академии наук при Народном комиссариате по просвещению, ввиду своего специально-театральногохарактера, переходит на основании п. 2 „Положения о Театральном отделе“ в ведение Театрального отдела Народного комиссариата по просвещению».

Павел Михайлович Третьяков
(портрет работы И. Е. Репина) родился 15 (27) декабря 1832 в Москве, в купеческой семье. Получил домашнее образование, начал карьеру в торговле тканями, работая с отцом.

Собственный дом в Лаврушинском переулке, в Замоскворечье, появился у семьи только в 1851 году, через год после смерти отца, Михаила Захаровича Третьякова.

Развивая семейное дело, вместе с братом Сергеем (московским городским головою в 1877-1881 годах) и зятем В. Д. Коншиным участвовал в делах торгового дома «П. и С. братья Третьяковы и В. Д. Коншин» и Товарищества Новой Костромской льняной мануфактуры.

Был женат на Вере Николаевне Мамонтовой, двоюродной сестре известного мецената Саввы Ивановича Мамонтова.

Состояние П. М. Третьякова к моменту его смерти в 1898 году оценивалось в 3,8 млн. руб.

1 рубль в 1898 году равнялся:

§     9 кг стручков красного жгучего перца
§     3 кг винограда
§     3 кг мяса + 1 кг хлеба + ведро помидоров.
§     7 аршин (почти 5 м) сермяжного сукна
§     2 аршина (почти 1,5 м) синего «хованского»
§     почти 20 аршин (14,5 м) льняного холста
§     20 «лент шёлковых русских»
§     100 пар лаптей (средняя годовая норма семьи из 4-х чел. в год);

1 руб. с небольшим = одна овца;


10 руб. = одна «средняя» лошадь или хорошая корова;


47 копеек = «шляпа высокая русская» для крестьянина и рукавицы.


В 1850-х годах Павел Третьяков начал собирать коллекцию русского искусства, которую практически с самого начала он намеревался передать городу.

Уже в 1860 году меценат составил завещание, в котором говорилось: «Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, приносящего многим пользу, всем удовольствие».

Третьяков направлял крупные суммы на пополнение своей коллекции, оказывал весомую материальную поддержку талантливым художникам, к тому же делая известными их имена. Неслучайно, по общему признанию, «каждого молодого художника (да и старого) заветной мечтой было попасть в его галерею». П. М. Третьяков особо поддерживал художников-передвижников, открыто порвавших с традициями Академии художеств.


Оставаясь самостоятельным в своих суждениях, П. М. Третьяков при покупке картины всегда советовался с людьми, чье мнение он ценил. Постоянными консультантами Третьякова были художник И. Н. Крамской и художественный критик В. В. Стасов. Только по настоянию Стасова была куплена картина И. Е. Репина «Не ждали». По просьбе Л. Н. Толстого П. М. Третьяков включил в свою коллекцию цикл работ Н. Н. Ге на евангельские темы.


П. М. Третьяков старался сохранить целостность тематически связанных и дополняющих друг друга произведений. Так была приобретена целиком коллекция картин В. В. Верещагина о Туркестане.


Под влиянием брата увлекся коллекционированием и Сергей Михайлович Третьяков — московский городской голова (1877-1881). Особую известность принесло С. М. Третьякову устройство на собственные средства в центре Москвы «на благо города» транспортной развязки между Никольской улицей и Театральным проездом — Третьяковского проезда.

В 1870-х годах Сергей Михайлович Третьяков приобрел особняк на Пречистенском бульваре (ныне Гоголевский бульвар, 6). Здесь с самого начала размещалась его художественная коллекция, бывали представители московской интеллигенции, художники и музыканты, в том числе П. И. Чайковский и И. Е. Репин, однако для свободного посещения собрание было почти недоступно, поскольку С. М. Третьяков подолгу бывал за границей, а с 1889 года жил в Петербурге.

В коллекционировании Третьякова-младшего привлекала западноевропейская живопись, прежде всего — работы французских мастеров XIX в (ныне в основном переданы в собрание ГМИИ им. А. С. Пушкина). С. М. Третьяков приобретал и картины русских художников, которые затем передавал в коллекцию брата.

25 июня 1892 г. С. М. Третьяков скоропостижно скончался в Петербурге.

В своем завещании С.М. Третьяков записал: «Так как брат мой Павел Михайлович выразил мне свое намерение пожертвовать городу Москве свою художественную коллекцию и в виду сего представить в собственность Московской городской думы свою часть дома, обще нам принадлежащего, то я часть этого дома, мне принадлежащую, представляю в собственность Московской городской думе».

Смерть брата подтолкнула П. М. Третьякова принять важнейшее в своей жизни решение. До этого он предполагал, что созданная им галерея перейдет Москве только после его смерти. Однако 31 августа 1892 г. Павел Михайлович обратился в Московскую думу с официальным письмом: «Озабочиваясь, с одной стороны, скорейшим выполнением воли моего любезного брата, а с другой — желая способствовать устройству в дорогом для меня городе полезных учреждений, содействовать процветанию искусства в России и вместе с тем сохранить на вечное время собранную мною коллекцию ныне же приношу в дар Московской городской думе всю мою картинную галерею и передаю в собственность города принадлежавшую мне часть дома».

Год спустя это заведение получило название «Городская художественная галерея Павла и Сергея Михайловичей Третьяковых». Павел Третьяков был назначен пожизненным попечителем галереи и получил звание Почетного гражданина Москвы.

В ноябре 1898 г. П. М. Третьяков выбрал для галереи картину В. М. Васнецова «Богатыри», она оказалась для коллекционера последней — 4 декабря 1898 г. Павел Михайлович Третьяков скончался. Его последними словами были: «Берегите галерею и будьте здоровы».

Государственная Третьяковская галерея. Датой основания Третьяковской галереи принято считать 1856 год. Именно тогда московский коллекционер, купец и промышленник Павел Михайлович Третьяков приобрел первые работы русских художников («Искушение» Н. Г. Шильдера и «Стычка с финляндскими контрабандистами» В. Г. Худякова), задавшись целью создать коллекцию, которая в будущем могла бы перерасти в музей национального искусства. Такого музея в России в ту пору не было.

Среди частных коллекций Москвы и Петербурга в 1840–1850-е годы были такие, которые могли стать основой для музея национального искусства, например коллекции П. П. Свиньина, Ф. И. Прянишникова и других. Но все они оказались расформированными, в связи со смертью или банкротством своих владельцев.

И только Третьякову удалось создать из частной коллекции подлинный музей общенационального значения, общественный по духу, исторический по характеру. Этому способствовали с одной стороны характер Павла Михайловича – человека деятельного, цельного, совестливого, а с другой – та обстановка невиданного ранее подъема национального самосознания, которая характеризовала атмосферу общественной жизни России рубежа 1850–1860-х годов.


П. М. Третьяков всегда стремился сделать свою коллекцию открытой для самой широкой публики. Первые годы в галерею можно было попасть только с разрешения П. М. Третьякова, но с 1881 г. вход стал свободным для всех, денег с публики не брали.

Купленные полотна занимали место в фамильном особняке в Лаврушинском переулке. Скоро они заполнили стены во всех жилых помещениях. Такая скученность мешала ценителям воспринимать живопись. К тому же в особняке проживала немалая семья, которая испытывала понятные неудобства от частых экскурсий. Павел Михайлович никогда не мог отказать в просьбе ознакомиться с его собранием.

В 1874 г. братья Третьяковы выстроили в глубине сада новое двухэтажное здание для картинной галереи. При жизни П. М. Третьякова здание галереи перестраивалось и расширялось под увеличивающуюся коллекцию пять раз.

В начале XX века фасад Третьяковской галереи был декорирован в русском национальном стиле по эскизам художника В. М. Васнецова.

Савва Иванович Мамонтов
(портрет работы И. Е. Репина) родился 4 октября 1841 года в купеческой семье.  В 1849 году семья переехала в Москву.

Начиная с 1858 года Савва регулярно посещал театр и высказывал своё мнение о постановках в дневнике. Семья Саввы устраивала вечера, где проводились обсуждения спектаклей и книг, пение, музицирование.

Отец, Иван Федорович Мамонтов, занялся строительством железных дорог. Летом 1863 года была запущена Московско-Троицкая железная дорога. И. Ф. Мамонтов был избран членом правления этой дороги. Савва же все больше увлекался театром, вошел в театральный кружок.

Отец Саввы с тревогой относился к праздным увлечениям сына. Савва был отправлен по делам Закаспийского товарищества (нефтяные промыслы, И. Ф. Мамонтов был его сооснователем) в Баку. Осенью 1863 года Савва Мамонтов стал руководить центральным Московским отделением товарищества.


И. Ф. Мамонтов был крупным акционером и директором общества Московско-Ярославской железной дороги. В 1869 году он умер, и в 1872 году пост директора занял С. И. Мамонтов. Также Савва Мамонтов избирается гласным (т. е. депутатом) Московской Городской думы, становится признанным членом московского купечества.

Позже Савва Мамонтов выиграл торги  на проведение Донецкой каменноугольной железной дороги. В 1882 году строительство полностью завершилось, после чего она была выкуплена государством.

В начале 1890-х годов правление Московско-Ярославской железной дороги приняло решение продлить дорогу до Архангельска, что соответствовало увеличению протяжённости дороги почти в два раза. Савва Мамонтов считал данную дорогу необходимой стране и строил её практически без финансовой заинтересованности.

В 1899 году С. И. Мамонтов разорился на неудачном подряде на строительство железной дороги Москва-Вятка (считается, что в результате интриг с участием С. Ю. Витте). Его имущество было распродано почти полностью, многие ценные произведения искусства ушли в частные руки. Железная дорога ушла в государственную собственность по стоимости, значительно ниже рыночной, часть акций досталась другим предпринимателям, в том числе и родственникам Витте.

Все долги были погашены. Однако Мамонтов потерял деньги и репутацию и был уже не способен заниматься предпринимательской деятельностью. До конца жизни Савва сохранил любовь к искусству и любовь старых друзей — художников.

Савва Иванович Мамонтов скончался 6 апреля 1918 года и был похоронен в своем имении Абрамцево. На фоне событий, потрясавших страну, его смерть оказалась почти незамеченной.

С. И. Мамонтов активно поддерживал различные виды творческой деятельности, заводил новые знакомства с художниками, помогал организациям культуры, устраивались домашние спектакли, даже организовал частную оперную труппу (1885).

В 1870 г. С. И. Мамонтов приобрел у дочери писателя С. Т. Аксакова усадьбу Абрамцево. В обветшавшей усадьбе все строения требовали ремонта, и Мамонтовы взялись за ее обустройство.

Предприниматель по профессии, С. И. Мамонтов был художником по призванию: его живо интересовали изобразительное искусство, архитектура, театр. Во время учебы в университете он участвовал в театральном кружке, которым руководил драматург А. Н. Островский, затем брал уроки пения в Милане, занимался рисунком в Риме.

В Италии С. И. Мамонтов познакомился со скульптором М. М. Антокольским, художником В. Д. Поленовым (усадьба Абрамцево на его картине На лодке. Абрамцево) и историком искусства А. В. Праховым. В память об этом событии в Абрамцеве, с юго-восточной стороны усадебного дома, была посажена «Римская роща».

В последующие годы к кругу знакомых Мамонтовых присоединились И. Е. Репин (Абрамцево на его картине Летний день в Абрамцеве), В. М. и А. М. Васнецовы, В. А. Серов, И. С. Остроухов, Е. Д. Поленова, К. А. Коровин, М. А. Врубель, А. А. Киселев и другие художники. Творческое содружество этих мастеров вошло в историю искусства как Мамонтовский художественный кружок.

С конца 1870-х гг. участники кружка подолгу жили и работали в Абрамцеве. В усадьбе и ее окрестностях были написаны «Крестный ход в Курской губернии» (1880–1883) и «Не ждали» (1884–1888) И. Е. Репина, «Аленушка» (1881) и «Богатыри» (1881–1898) В. М. Васнецова, «Девочка с персиками» (1887) В. А. Серова (это портрет Веры Мамонтовой, дочери Саввы), «Видение отроку Варфоломею» (1889–1890) М. В. Нестерова и другие шедевры русской живописи (находящиеся в Третьяковской галерее!). Но деятельность Мамонтовского кружка не ограничивалась изобразительным искусством.

По инициативе Е. Г. Мамонтовой, при участии И. Е. Репина, В. Д. и Е. Д. Поленовых, В. М. Васнецова и Андрея Мамонтова, в Абрамцеве была собрана коллекция произведений народного искусства (1881–1890-е). На основе этой коллекции создавались изделия абрамцевской мастерской, преобразованной в столярно-резчицкую. Художественное руководство мастерской с 1885 по 1892 г. осуществляла Е. Д. Поленова, создавшая более ста эскизов, по которым изготовлялись украшенные резьбой и росписью мебель и другие предметы быта. Позднее мастерской руководили художницы М. Ф. Якунчикова и Н. Я. Давыдова.

В 1890 г. была построена керамическая мастерская, художественным руководителем которой стал М. А. Врубель. Он выполнил изразцовые печи для московского и абрамцевского домов Мамонтовых, многочисленные произведения декоративной скульптуры и посуды. Существенный вклад в деятельность мастерской внес мастер-технолог П. К. Ваулин, заведовавший керамическим производством более десяти лет.

В работе мастерских участвовали также Васнецов, Поленов, Серов, Коровин, Киселев, Андрей Мамонтов и другие художники. Абрамцевские изделия пользовались спросом в Москве, Петербурге и других городах, получали премии на престижных выставках, в том числе на Всемирной выставке в Париже (1900).

В Абрамцеве поддерживали широко распространенную в те годы традицию домашних спектаклей. Режиссером, а нередко и драматургом в них выступал С. И. Мамонтов, роли исполняли все желающие, а декорации и эскизы к костюмам создавали Поленов, Васнецов и другие художники.


Презентация "Московские промышленники-меценаты конца XIX века"


Возврат к списку